Колхозников и красноармейцев, заводы и социалистические стройки они пишут художественными средствами, выработанными еще в символистской молодости.

Их полотна — это сны и идиллии, где природа наделена высшим сознанием. Персонажи на картинах предельно обобщены, аллегоричны и лишены бытовой конкретики.

Даже в таком ответственном сюжете, как смерть Ленина, Кузьма Петров-Водкин находит решение почти мистическое: его картина «У гроба Ленина» изображает вождя не мертвым, а как бы погруженным в глубокий сон.

В картинах Павла Кузнецова капустные колхозные поля превращаются в симфонию воздушных зелено-голубых созвучий, а кочан в руках подростка читается как земной шар, как часть модели мироздания.